8. СТО ИЗ СТА

Два слова. Две цифры. Они означают высокое мастерство. Это заветный Олимп стендовика - поразить каждую из 100 взлетевших в небо мишеней. Это тот заветный рубеж, достичь которого сумели немногие.

Эти мысли пришли мне во время национального чемпионате в Варшаве. В холле гостиницы мы беседовали с польским стрелком Адамом Смельчинским.

Адам Смельчинский - известный в Польше стрелок, серебряный призер Олимпийских игр 1956 года. О себе он рассказывает просто, без тени рисовки.

Заниматься стендовым спортом Адам начал в 1951 году.

- Стрелял я плохо, - вспоминает он, - Из серии бил примерно половину мишеней.

Однажды ему повезло. На соревнованиях в Щецине он встретился с известным польским стрелком Кишкурно. Тот понаблюдал за стрельбой Адама Смельчинского и посоветовал:

- Стреляй не так быстро, отпускай мишень дальше.

Совет мастера помог. Адам выступил неплохо, его включили в сборную страны. Тогда он был студентом медицинской академии, готовился стать зубным врачом.

В 1953 году на чемпионате Польши Смельчинский обогнал своего учителя. Потом на международной встрече Польша - Бельгия установил рекорд страны. С тех пор Адам Смельчинский двенадцать раз был чемпионом страны.

Мне и раньше доводилось встречаться с ним на международных соревнованиях. Но на этот раз беседа была особенной. Смельчинский стал поражать 100 из 100 выпущенных машинкой глиняных голубей. И я старался вести разговор на эту тему.

- Если не трудно, расскажи пожалуйста, о своей стрельбе. Сто из ста! Как ты это делаешь?

- Что тебе сказать? Главное для меня три вещи: оружие, патроны и мое состояние. Ружье? Из "Меркеля", что сейчас у меня, я стреляю уже девять лет. Оно идеально подогнано, прикладистое, с хорошим боем. Но я очень сожалею о своем старом "Меркеле". То было лучше во много раз. Мне казалось, что тогда я мог стрелять с закрытыми глазами. Но, может быть, мне это только казалось? К ружью привыкаешь, без нужды его менять, по-моему, не следует.

О патронах нечего говорить, надо только подобрать под ружье и под скорость полета мишени. Здесь самое важное - стрелять на соревнованиях такими патронами, какими стреляешь на тренировке. Ну, а какие лучше, сказать трудно. Сейчас распространены патроны с полиэтиленовым пыжом. Их пробую. Осторожно, конечно. Я опять про привычку? А как же?

И еще, по-моему" немалую роль играет обстановка на работе. И дома. Я врач и знаю, что такое нормальные условия труда и быта. Голова должна быть свежей. Чтобы тебе ничто не мешало, чтобы тебя не дергали, не ставили, как говорят у вас, русских, палки в колеса.

Тренироваться надо четыре раза в неделю. И хорошо отдыхать. Самая лучшая нагрузка, на мой взгляд,- 130-150 мишеней в день. По крайней мере, меньше 125 я не стреляю. Почему не 100? На случай перестрелок. А если их и не будет, то 100 легче перенести.

Пробовал я стрелять и 200, и 300 мишеней в день. Но это трудно, стрелкам высокого класса такая нагрузка не нужна.

Помнишь Каир 1962 года, когда вы с магараджей в один день сделали по 175 выстрелов? Как бы отразилось это на организме, если бы так стрелять часто? Французы даже ратуют за 75 мишеней в день, не больше. Но, по-моему, этого все же мало.

100 из 100 на соревнованиях я поразил только один раз. Это было в Чехословакии в 1956 году, перед олимпийскими играми в Мельбурне., А вот на тренировках 100 из 100 удалось выбить три-четыре раза. Потому что стрелял серьезно, как на соревнованиях. Даже больше того: разработал схему стрельбы, вел анализ выстрелов. На тренировке это доступнее.

Еще вот что: я участник четырех Олимпиад, много наблюдаю, наблюдаю за сильнейшими итальянцами, американцами. Их же чужие стрелки не волнуют. Может быть, потому, что привыкли часто видеть? У них богатый опыт международных встреч. Они много стреляют. И чувствуют себя уверенно.

Все же я отдаю предпочтение тому, кто экспериментирует в стрельбе. Конечно, это труднее, но зато интереснее. И наверняка поучительнее. Хотя бы для других.

Эта беседа с польским спортсменом к моим знаниям прибавила будто бы не так уж много: всего два-три штриха. Немного огорченный, я ушел к себе. И только потом понял, что Адам Смельчинский не скрыл от меня ничего. И, пожалуй, никакой стрелок не сумеет рассказать о соревнованиях, тренировках, разложив все по полочкам.

Но вот тогда-то и возникла у меня идея поговорить со всеми ведущими спортсменами, которых мне приходится встречать, по отдельным крупицам составить, так сказать, модель коллективного рекорда.

Так было положено начало многолетнему сбору своеобразных интервью, которые, конечно, не предназначались для печати, но сегодня, думаю, представляют интерес для многих стендовиков.

Юрий Цуранов - чемпион СССР, Европы, мира:

- Не надо сразу на соревнованиях задаваться целью добиться 100 из 100. Сначала это нужно сделать на тренировке. Но опять-таки последовательно. Для начала - 50 из 50, причем особое внимание уделить первым 25 выстрелам.

Почему я говорю первым 25? Да потому, что знаю: и многие другие опытные стендовики, и я сам обычно промахиваемся именно в первой серии.

Вот пример. В Мексике олимпийским чемпионом на траншейном стенде стал англичанин Джон Брэйтуайт. Результат на траншейном стенде отличный - 198 из 200. При этом оба промаха - в первой серии, а дальше - 175 из 175! А что у стрелков, занявших второе, третье и четвертое места, - у Гаррингса (США), Чекилла (ГДР) и Сеначева (СССР)? Они поразили по 196 мишеней, и все трое тоже в первой серии выбили соответственно 23, 24, 24.

Очевидно, сказывается стартовое волнение. Еще пример. Та же Мексика. Только соревнования на круглом стенде. Чемпионом стал наш Евгений Петров, вторым был итальянец Гарагнани и бронзовым призером - Вирхнер (ФРГ). Они поразили по 198 из 200. Перестрелка. В первой серии все сделали по одному промаху. И только в дальнейшем победил каш спортсмен.

Если же говорить о себе, - продолжал Цуранов, - то я часто поражал 50 из 50. Этот результат меня мало волновал. Серии шли легко. Но когда я бил 75 из 75, то начинал волноваться. Я убеждал себя, что четвертая серии ничем не отличается от предыдущих, затем - что ее необходимо отстрелять с той же собранностью, что и на перестрелке, то есть "выложиться", что на худой конец не столь уж страшно, если разок промахнусь: все равно иду хорошо, можно, нужно стрелять спокойно. Волнение усиливалось. И... промахивался. Когда первый раз сделал 100 из 100, долго не мог успокоиться - но зато потом... Привык, что ли?

Волнение на последних сериях (в случае высокого результата) особенно трудно унять. А еще здесь важна физическая подготовка.

Впервые 200 мишеней из 200 я поразил в 1963 году на первенстве сильнейших стрелков СССР. Не думал об этом. Но когда отстрелял 150 тарелочек без промаха, захотелось поразить все - как Дурнев на первенстве мира в Каире.

В перерывах между сериями настраивался, твердил себе: "Дурнев сумел, почему я не могу?" Стрелять стало неимоверно тяжело, но своего, к счастью, добился. И этот результат тоже перестал пугать меня. Вот как дальше шло в том 1963 году:

    • первенство СССР - 200 из 200 - первое место;

    • зона первенства РСФСР - 100 из 100 - первое место;

    • Спартакиада народов СССР - 200 из 200 - первое место;

    • первенство Свердловской области - 100 из 100 - первое место;

    • Спартакиада народов СССР - 200 из 200 - первое место.

Лариса Гурвич - чемпионка Европы и мира на круглом стенде:

- Для достижения высокого результата, на мой взгляд, нужен настрел определенного количества патронов. Знаю, знаю, не только в них дело, но и в них тоже. Самый высокий результат у меня был в 1967 году в Москве на Спартакиаде народов РСФСР - 193 из 200 (98 + + 95) и неплохой - в 1969 году во Франции - 141 из 150.

Перед этими соревнованиями я много тренировалась на стенде. Холостую тренировку не очень люблю, но перед ответственными стартами беру ружье в руки, чтобы привыкнуть к нему. Но все-таки предпочитаю сделать 100, а иногда 150-170 выстрелов в день.

Бывают дни и недели, когда стреляю только сериями для пробы сил: могу ли я показать высокий результат? Когда наступает такое чувство, что я могу и "не боюсь" высокого результата, тогда приступаю к легкой стрельбе: больше занимаюсь отработкой и шлифовкой отдельных элементов.

Во время соревнований не думаю ни о чем серьезном. В перерыве между сериями с удовольствием читаю, но что-нибудь легкое: приключения, про любовь...

75 мишеней из 75 я поражаю только на тренировках и, замечу, когда стреляю легко, плавно, не ставя цели поразить все. А вот 100 из 100 выбить еще не удавалось, но надеюсь, что это у меня впереди.

Иван Терентьев - чемпион и рекордсмен Вооруженных Сил СССР:

- В 1963 году 100 из 100 показывал пять раз на тренировках, два раза на соревнованиях и один раз - 150 из 150 (50 с перестрелкой). Основой успеха считаю холостые тренировки. Они позволяют постоянно быть в хорошей форме, до автоматизма отработать элементы прицеливания, упреждение. Перетренировки не признаю - нет для меня такого понятия.

Когда выхожу стрелять, не думаю о конечном результате. Заметил, если начинаешь считать, сколько будет один да один, - жди промаха. Думаю только о предстоящем выстреле. Стрелковые тренировочные нагрузки у меня большие - до 175 патронов.

Добиться высоких результатов в одиночку, думаю, невозможно. Поэтому всегда ищу конкурента. После прихода в сборную СССР Сеничева соперничаю с ним. И теперь я Павла знаю лучше, чем себя. Хороший он человек, но все равно - соперник. И вот ведь любопытно: без меня Павел может промахнуться, а со мной стреляет как зверь. Особенно, если я смажу. Уж он тогда - нипочем!

Павел Сеничев - серебряный призер Токийской олимпиады:

- Больше двенадцати раз поразил 100 мишеней из 100 в одном лишь 1969 году. Был в отличной форме, имел хорошую стрелковую нагрузку. На занятиях начинаю готовить себя к стрельбе без промахов психологически. Каждую тренировку считаю ответственным соревнованием и добиваюсь, чтобы вся серия из 25 мишеней была поражена легко, без боязни промаха. Если же промах бывает, то это - технический брак: не "обработал" мишень, не так вскинул приклад к плечу и т. д. Психологический - это, по-моему, когда в голове сумбур.

Очень важно научиться не реагировать на высокий результат. Надо смотреть на дело проще. 100 из 100? Это четыре раза по 25. Ни больше ли меньше. Но для этого на тренировках следует добиться такого положения, чтобы ни одна мишень ни на одном стрелковом месте не вызывала сомнений. Все должно быть выверено.

Если непонятна причина ошибки, тут же начинаешь "прорабатывать" ее, то есть повторять упражнение, пробовать варианты. Главное - добиться легкости, непринужденности, чтоб не осталось места сомнениям. Если даже и бьешь мишень. Вот когда буду бить ее как хочу, словно играючи, - тогда порядок!

Много времени уделяю холостым тренировкам. Вообще нужно выработать систему, определяющую когда, где тренироваться: когда дома, когда на стенде. Об оружии, режиме отдыха и питания не говорю. Из палки не выстрелишь, без хорошего питания и нормального отдыха к рекорду не подойдешь. Но на соревнованиях, как и Терентьев, вообще исключил эти цифры - 100 из 100 или 200 из 200 - из сознания. Все внимание перед выходом на старт уделяю только серии. А когда стреляю - только предстоящей мишени.

В Мексике на контрольной стрельбе мне удалось поразить 249 из 250. И думаю, что в принципе это не предел. Тем более что из техники далеко не все выжато. Идет совершенствование оружия, изобретаются универсальные спуски, ортопедические ложи, продолжаются поиски новых высококачественных патронов, гильз, пыжей и т. д.

Всегда придерживаюсь принципа "трудно в ученье - легко в бою". Поэтому стараюсь ставить себя в сложные, непривычные условия.

Арий Каплун - первый чемпион мира из Советского Союза по стендовой стрельбе:

- Первый раз разбил 100 мишеней из 100 на Спартакиаде профсоюзов в Москве, на стенде "Локомотива". Потом на соревнованиях в Минске, Риге, Киеве мне удавалось вновь добиться такого же результата. А в Тбилиси в матче сборных команд Украины и Грузии впервые поразил 200 тарелочек из 200.

Чтобы научиться поражать 100 мишеней из 100, надо, прежде всего научиться легко бить 25 из 25 на каждой тренировке и, главное, смело, У меня максимальный результат получается, когда чувствую себя свободно и кажется, что трудно сделать промах. Поднимался я так: 25 из 25, 50 из 50, 75 из 75. По-моему, нельзя ставить такую задачу - выбью 150 из 150, когда 125 из 125 получаются с горем пополам.

Петр Саркисов - один из сильнейших стрелков нашей страны, ветеран стендовой стрельбы:

- Сейчас как-то повелось, что от каждого стрелка, который едва научился поражать 5 из 5, требуют добиться сразу 100 из 100. Высокие идеалы - вещь хорошая, но нужно и меру знать. В общей массе среди сотни взлетевших "голубей" трудно выявить ту мишень, что наиболее трудна для стендовика. Но она все же есть у каждого. Та, после которой, если хотите, приходит "второе дыхание". Помню, когда на чемпионатах страны стреляли по 30 мишеням. И каждый промах был невосполнимой утратой. Тетерь стреляют по сотне мишеней, но и промахи как-то "подешевели".

Не получается 100 из 100?

Конечно, выбить 100 из 100 нелегко. Но сейчас у стрелков отличное оружие, усовершенствованные стенды. И все же, повторяю, - прежде всего меткий выстрел! Пусть один. Потом будут пять, десять, пятнадцать. Умение точно бить одну мишень в сплаве с отличной физической подготовкой приведет к прекрасным результатам.

Петр Саркисов познакомил меня со своими наблюдениями. И вот что я узнал: на Спартакиаде народов СССР из 100 стрелков в первых пяти выстрелах промахнулись... 43! Они, конечно, не выбыли из борьбы - один промах. Но, смотришь, он опять повторился, опять. И, как говорят в шутку, "все на том же месте".

Невольно вспоминаю случай из собственной практики. Предстояли соревнования на Кубок Украины. В то время я много внимания уделял "отработке" сначала угонных, затем боковых мишеней. "Отработке" мишеней, то есть стрельбе по одной и той же цели пять-семь раз подряд, научил меня отец еще в школьные годы. И с тех пор я не представляю себе, как можно обойтись без нее. Серия состоит из 25 тарелочек. Стрелок на соревнованиях должен принять примерно по 8 мишеней, летящих в угон, столько же влево и вправо. А надо заметить, что все они имеют траектории с разными углами возвышения.

Допустим, стрелку трудно даются низкие угонные цели. Вот тут ему и надо потренироваться. Но лень! Тем более промахи то и дело. А зато от других тарелочек только пыль летит. Вот и бьет он их, и все вроде бы хорошо, но каждую мишень разбить не может. Разве что повезет. Но какие же здесь 100 из 100?

Отработкой мишеней, хотя это дело и нудное, не пренебрегают и сильнейшие стрелки страны. Особое значение придает им Николай Дурнев. Четырехкратный чемпион Европы, чемпион мира, первый стрелок на земле, поразивший 200 мишеней из 200. Его упорству в тренировках, кажется, нет предела. Я часто наблюдал за ним. Выполняет он, скажем, в составе команды тренировочную серию. Вдруг промах. Тут же Дурнев просит извинения у товарищей и начинает "отрабатывать" пять-десять раз неудавшуюся мишень.

Закончит серию, наберет патроны и снова "отрабатывает". Пока не добьется того, что мишень не вызывает уже сомнений. Бьет наверняка да еще по-разному: то быстрей, то медленней, с разворотами тела.

Но продолжу свои интервью.

Николай Покровский - заслуженный тренер СССР:

Чтобы поразить 100 тарелочек из 100, необходимо, как и в любом трудном деле, идти прежде всего от простого к сложному. От маловажных на первый взгляд элементов в технике стрельбы в стойке - к подготовке себя в психологическом отношении.

Во-вторых, вся наша стендовая стрельба складывается из тонких чувств, из мельчайших взаимосвязей организма. И в то же время проводится колоссальная работа в максимально ограниченное время. Для удачного выстрела надо сконцентрировать внимание, зрение, слух, собраться в комок и наряду с этим ни в коем случае нельзя допустить скованности мыши. Значит, стрелок должен обладать хорошей физической подготовкой, быть здоровым, бодрым.

Ружье и патроны должны быть подогнаны, чтобы во время стрельбы не досаждали сомнения: "Ах, если бы ложу на столько-то удлинить... А патроны бы подкрутить, а то дробь болтается... Да пороху отвесить 2,1 грамма, а не 2,2". И так далее, и тому подобное - всего тут не перечесть. Вот тогда, когда все выверено, можно начинать: 5 из 5, потом 10 из 10... Очень полезна стрельба "до промаха". Промазал, например, по 17-й цели, сходи со стрелкового места, подумай, отчего это произошло, и начинай все сначала.

Лиано Россини - чемпион Олимпийских игр в Мельбурне.

Свой традиционный вопрос я задал ему несколько завуалировано, хотя и рассчитывал на прямой ответ. Дело в том, что итальянцы не без оснований считаются, и сами себя считают, одними из сильнейших в мире, и подчас говорить с ними трудно. Случается, умышленно так завуалируют факты, что диву даешься: да что они, за простаков всех остальных считают? Вряд ли это так, но говорить о своих тренировках, своей стрельбе многие не любят. Моя беседа с потомком знаменитого композитора началась примерно так:

- В чем, на ваш взгляд, коренное отличие подготовки стрелков вашей страны и стендовиков других стран?

Лиано Россини призадумался, словно сортируя и раскладывая на невидимые полочки преимущества и недостатки в подготовке спортсменов-стендовиков. И только после этого заговорил. Но начал он, казалось бы, с совершенно далеких от стрельбы обстоятельств:

- Видите ли, у нас существует конкуренция. Она огромна. В Италии около 100 тысяч стрелков по тарелочкам и живым голубям. Все хотят стрелять, стрелять хорошо. И предприниматели вкладывают огромные средства в усовершенствование оружия, патронов, оборудования. Мы впервые применили акустическую подачу тарелочек, использовав для этого микрофон и автоматику. На первенстве мира в Москве в 1958 году мы первыми стреляла патроном "Фирнгилюччи" с порохом "МБ". А на Олимпийских играх в Токио 1964 года Маттарелли выиграл золотую медаль новым патроном "Суперфлэш". В нем был полиэтиленовый пыж и новый порох "F-2".

Однако все новое требует больших денег. И потому любые стрельбы - как по тарелочкам, так и по голубям - у нас ведутся только на результат. Ведь каждый промах уносит из кармана спортсмена не одну тысячу лир. Это накладно. Поэтому стрелок перед каждым выстрелом испытывает большую психологическую нагрузку. Значит, к каждому выстрелу он всегда основательно готовится, внимательно анализирует свои ошибки, старательно тренируется. В итоге он закаляется и более спокоен на соревнованиях. Особенно когда они бесплатны.

Да, здесь иной подход к делу. Конечно, высокая стоимость выстрела - это бизнес предпринимателей и торговцев оружием. А вот стрельба на результат все же приучает спортсмена к кропотливой работе.

Так, от беседы к беседе я получал все новые сведения о тех качествах, которые должен выработать стрелок-стендовик, чтобы добиться высоких результатов. Каждый разговор в отдельности - лишь небольшая часть сведений. Но, вместе собранные, они дают довольно убедительное представление о методике подготовки и характере тренировок чемпионов. Что же конкретно должен взять себе на вооружение тот или иной спортсмен, увлекающийся стендовой стрельбой, - подскажет тренер.

Закрыть