10. ВЕЛИКАЯ ЧЕСТЬ

"Победа любой ценой..." "Добыть очко, чего бы это ни стоило", "Главное - победить, а победителей не судят".

Эти реплики мы, спортсмены, порой слышим и от болельщиков, и от товарищей, и даже иногда от своих тренеров. Слышим и как-то не задумываемся над их содержанием. А если бы задумались, то волей-неволей увидели, что безобидные на первый взгляд реплики не так уж безобидны. Они, если хотите, в определенной ситуации даже оскорбительны для спортсмена, воспитанного в Советской стране. Что это так, попытаюсь доказать на примерах.

...Однажды мне довелось быть зрителем на соревнованиях по фехтованию. Шли жаркие поединки. Лидировал фехтовальщик спортивного клуба Прикарпатского военного округа мастер спорта рядовой Альберт Чекаев.

Вплотную за ним шел спортсмен из другого общества - мастер спорта Анатолий Бичуя, очень темпераментный и техничный боец. Я с удовольствием наблюдал, как он вел трудный бой. В случае победы Бичуя догонял лидера - Альберта Чекаева.

И вдруг... у Анатолия сломалась шпага. А запасной не было.

- Ребята, - бросился он к сидевшим неподалеку фехтовальщикам, - у кого есть запасная, дайте!

Их сидело трое. Они были соперниками Анатолия, и его поражение давало им возможность продвинуться вперед. И все трое недоуменно пожали плечами, отвернулись. Им нужна была победа любой ценой.

Тут же неподалеку сидел и рядовой Альберт Чекаев. У него действительно не было запасного оружия, но он достал из чехла свою единственную шпагу и отдал попавшему в беду спортсмену. Поединок возобновился.

- Чудак ты, Алик, - сказал кто-то из тех троих, - твоею же шпагой тебя и обойдет. А так бы победа в кармане.

- Такая победа мне не нужна, - спокойно ответил Чекаев. - Уж если побеждать, так в честном бою...

Я мало знаю рядового Чекаева, у нас разный возраст, разные воинские звания. Но после этого случая я проникся к нему искренним уважением. Это настоящий спортсмен, воин, а значит, и человек настоящий. Он и в жизни не пойдет на сделку с совестью: побеждать, так в честной борьбе!

Вспоминаю Португалию, где проходило первенство Европы по стендовой стрельбе. Много всякого довелось повидать мне во время зарубежных поездок, но случай, о котором я хочу рассказать, почему-то особенно запомнился.

На огневой рубеж вышел стрелок из команды ФРГ барон фон де Мюллер. В общем зачете он шел где-то во втором десятке, но в своей команде стрелял лучше других. Неподалеку за спиной спортсмена собрались зрители. Они напряженно следили за стрельбой Мюллера.

Вот взвилась в небо тарелочка. Грохнул выстрел. Промах. Болельщики начали аплодировать, радостно прыгать, свистеть. А когда тарелочки разлетались, все молчали. Я вначале не понял, в чем дело. Думал, что так некрасиво ведут себя приверженцы другой страны. Подошел поближе, присмотрелся - все крикуны из команды ФРГ. И все - стрелки.

И когда на огневой рубеж вышел другой спортсмен этой команды, все повторилось сначала. Стало ясно, что каждый из них стремится добыть себе победу любой ценой и радуется поражению товарища (товарища?) по команде.

- Советские спортсмены так не сделают, - сказал мне итальянский стрелок Маттарелли. - Ваши ребята дружные, честные. И за это они мне нравятся.

Маттарелли не только на словах, но и на деле подтвердил свое уважение к нашей команде.

Случилось это так. Выезжая в Португалию, мы основной запас патронов отправили багажом. В Лиссабоне сразу приступили к тренировкам, стреляли теми патронами, которые привезли с собой. Проходит день, второй, третий - багажа нет. Нам стрелять нечем. Начали звонить, выяснять. Наконец, получили телеграмму: багаж прибыл... в Москву.

Оказывается, португальские таможенники придрались, что патроны наши неправильно упакованы, и не разрешили их ввезти. Случайность это или умысел -не берусь судить. Факт тот, что мы еще до соревнований практически выбыли из борьбы. Начали в спешном порядке покупать патроны у других команд. Но это были крохи. Нам не хватало даже на зачетную командную стрельбу.

Справа налево: чемпион мира и Европы Олег Лосев; олимпийский чемпион Евгений Петров, президент Финляндии Урхо Кекконен, чемпион мира Юрий Цуранов, четырехкратный чемпион Европы и мира Николай Дурнев

 

Я обратился за помощью к Маттарелли. Его товарищи по команде набросились на него с упреками, требовали, чтобы он не продавал патронов.

Но как же я могу не выручить друга из беды, - отшучивался Маттарелли, - это будет не по-спортивному...

- Ну разве только для Зименко, - наконец согласились итальянцы. - А больше ни одного патрона.

Вместо двухсот обещанных Маттарелли отсчитал мне более девятисот патронов, улыбнулся и попросил никому об этом не говорить.

Кто-то из корреспондентов задал ему вопрос: зачем он продал патроны сопернику? Маттарелли ответил:

- Эти русские - отличные ребята. Они когда-то преподали мне урок честной спортивной борьбы. А я добросовестный ученик.

Говорил итальянец об этом "уроке" (я еще расскажу о нем) вроде шутя, но в его словах звучали взволнованные нотки.

Еще один случай, о котором не рассказать просто нельзя. Произошло это на III Спартакиаде народов СССР. Мастера спорта Цуранов и Петров, выступая на круглом стенде, закончили стрельбу с результатом 200 попаданий из 200 возможных. Им назначили перестрелку. Но у обоих кончились патроны. Все стрелки, следившие за этим поединком, собрали кто сколько мог патронов и отдали их спортсменам. Получилось так, что одному из них повезло больше - попались патроны примерно одной зарядки. Следовательно, и шансов на победу больше. Тогда Цуранов и Петров смешали патроны и затем разделили их поровну.

Стрельба продолжалась. В перестрелке оба сделали по 75 выстрелов и ни одного промаха. Кто же из них сильнее?

Этот честный поединок заставил судейскую коллегию принять несколько необычное решение: обоих стрелков наградить золотой медалью. Не скрою - я гордился своими товарищами по команде.

В воспитании человека коммунистического будущего спорт играет немалую роль. Это каждому ясно. Однако нельзя забывать, что роль эта не однобока - спорт должен закалять молодого человека не только физически, но и воспитывать честность, принципиальность. И девиз наших спортсменов должен быть такой: если победа -то в честном поединке; если бой за очко - только на равных; если важен результат, то важны и действия, с помощью которых результат достигнут.

Мне часто вспоминается рассказ лыжницы Алевтины Колчиной:

- Летели мы на чемпионат мира в Скандинавию. В Копенгагене пересадка. Самолет задерживают. Сидим, ждем погоды. И тут мне приносят зеленую веточку лавра: были тут пролетом часом раньше наши девушки-конькобежки - возвращались со своего чемпионата, и Валентина Стенина просила передать мне частицу завоеванного ею лаврового венка. Стало необыкновенно тепло от такого подарка. Маленькая зеленая ветка - она вместила многое. И ощущение необыкновенного единения всех спортсменов нашей страны, и понимание, что народ, Родина ждут твоей победы... Я лично склонна считать, что именно этот, на первый взгляд незначительный, случай в аэропорту помог мне спустя несколько дней одержать победу, хотя некоторые соперницы были физически подготовлены к этим стартам, пожалуй, лучше, чем я.

Да, поддержка друзей - большое дело. Это крылья спортсменов перед трудным стартом. И для достижения победы спортсмен должен выложиться до конца. Но для этого надо обладать целым рядом особых качеств. Это, прежде всего, высокий патриотизм, бойцовский характер, воля к победе, мужество. Эти качества - непреложный драгоценный фонд, выработанный многими спортивными поколениями. Они проявляются повсюду, где выступают советские спортсмены.

Великая честь - выступать а майке с гербом нашей страны. Победа дается нелегко. Ее достижение требует усиленной спортивной тренировки, всесторонней физической закалки, филигранного мастерства. Но во встрече с равными соперниками побеждает тот, кто сильнее духом, у кого крепче воля, у кого широкое понимание жизни, своих обязанностей перед товарищами, перед страной.

Размышляя об этом, я часто вспоминаю 38-й чемпионат мира. Это было в Каире в октябре 1962 года. В общекомандном зачете наша команда траншейников набрала наибольшее количество очков и заняла первое место. Дальше следовали соревнования в личном первенстве.

По условиям состязаний продолжать в нем борьбу могли только самые сильные стрелки. Из состава нашей делегации такое право было предоставлено двоим - Сергею Калинину и мне. У каждого 196 из 200. За нами индийский магараджа Карни Сингх.

Мы с Сергеем начали стрельбу хорошо. Первые две серии - 50 мишеней - прошли без промаха. Но в третьей Сергей сделал один. Вслед за ним выхожу на площадку я. И тяжесть ответственности ложится на мои плечи. Я ощущаю ее почти физически. Неудачу Сергея еще как-то могу исправить я. Мою исправлять некому. А тут, на беду, замечаю, что с моим ружьем происходит что-то неладное. Возникает какая-то задержка перед выстрелом. Всего лишь на доли секунды. Но они есть.

Чтобы найти выход, собраться, решил промыть ружье.

Однако и охлаждение стволов не помогло. Семнадцатая мишень молнией сверкнула влево. Я нажимаю спусковой крючок. Выстрела нет...

Опускаю ружье. Подходит судья, осматривает его. Лопнула пружина.

На устранение неисправности дается одна минута. Но разве за такое время заменишь пружину?

И сразу в павильонах стенда начался шум. Мирно сидевшие до этого и тянувшие пиво туристы вдруг оживились. Начались тосты за то, чтобы советские стрелки не выдержали поединка.

Но уже бежал ко мне со своим ружьем Сергей Калинин. Мой соперник. Мой дорогой друг.

Судьи разрешили сделать мне два пробных выстрела" для ознакомления с ружьем.

Какое тут ознакомление? Я и так знал, что ружье Калинина отличается от моего. Оно на 2 килограмма тяжелее, да и ударно-спусковой механизм имеет свои особенности. Но другого выхода нет.

Выхожу на стрелковую площадку.

- Дать!

Тарелочка сверкнула в лучах солнца и стала удаляться. А я ее как в тумане вижу и чувствую, что уследить не успеваю. Решил бить дуплетом. Два выстрела один за другим. И оба... мимо.

"Так дальше не пойдет! - подумал я, переходя на следующую площадку. - Теперь я за двоих стреляю. Сергей сделал что мог. Очередь моя". И сам ощущаю, как внутри что-то подобралось, сжалось и какая то веселая злость охватила меня. Мы еще посмотрим, кто кого!

Целился не торопясь, без спешки. Старался выше мишени не стрелять. И дело пошло как по маслу. Все глиняные голуби летели в клочья, вернее - в осколки.

Отстреляв третью серию, вместе с тренером Покровским направляюсь к мастеру, который занимался моим ружьем.

- Ничего не могу сделать, - разводит тот руками, а сам даже в глаза не смотрит, виновато отводит их.

Чувствую, что-то здесь не то.

- Американ деньги давал, - сказал один из проходивших мимо рабочих.

Опять американцы... Сколько раз так было: чуть что - сразу деньги предлагают. Хорошие они стрелки, но и купить победу не гнушаются.

И тут подходит Никандров, забирает мое ружье.

- Сам сделаю. Не волнуйся.

А мое, вернее, свое, вновь берет Калинин и выходит на площадку.

Ему опять не повезло. Наверное, переволновался. Сделал два промаха.

За Сергеем стреляю я. Вновь из его ружья. Первую мишень бью вторым выстрелом. Это не самый лучший вариант. Но дальше дело пошло лучше. Следующие 5 мишеней поражаю первым патроном.

И вдруг судья подносит мне... мое ружье!

Оказывается, за нами наблюдал итальянец Маттарелли. Как он говорил нам потом, его удивил поступок Калинина. Но вот Никандров бросился мне на выручку, и Маттарелли, восхищенный бескорыстием советских спортсменов, понял, что не может, не должен остаться в стороне.

Ружье Маттарелли! было похоже на мое. К тому же он оказался отличным мастером.

Сломалась отвертка, Маттарелли сбегал к шоферам такси, принес новую, быстро разобрал ударно-спусковой механизм... мое ружье было у меня!

Помощь друзей придала силы. Мишени бью наповал. Почти все первым выстрелом. Итог после всех треволнений - 295 из 300. Это новый рекорд СССР!

Тут же на площадке целую своих - Калинина, Никандрова. Подходит Маттарелли:

- Браво, Зименко! Браво, русские!

Но, оказывается, еще не все. Карни Сингх тоже выбил 295 из 300. Предстоит перестрелка с ним. Победителя ждет медаль чемпиона мира.

Через 10 минут нас вызывают на стрелковую площадку. Не стану подробно описывать ход борьбы. Скажу лишь, что с чувством небывалого подъема стрелял я. Конечно, во время соревнований не думаешь ни о друзьях, ни о чем. Но чувство радости, веры в товарищество, в наше общее дело дает себя знать. Может быть, оно называется вдохновением? Не знаю. Но это было незабываемо!

Несколько минут спустя я поднялся на верхнюю ступеньку пьедестала почета и мне вручили золотую медаль. Над стрельбищем звучал Гимн Советского Союза. В бездонной синеве южного неба развевался советский флаг.

Приветливо сияли улыбки друзей.

И это была великая честь.

Это было счастье.

Закрыть